Сайт епархии сообщает так же о том, что впервые на подлодке был развернут иконостас. Богослужение прошло при активном участии руководства крейсера. По словам отца Вениамина отработан еще один элемент повседневной жизнедеятельности экипажа.
Кроме иконостаса "Александр Невский" может нести на себе до 16-ти межконтинентальных баллистических ракет "Булава"
Постоянный адрес фото: http://www.arh-eparhia.ru/upload/iblock/9cd/IMG_6252.jpg
"А мне понравилось:"Кроме иконостаса "Александр Невский" может нести на себе до 16-ти межконтинентальных баллистических ракет "Булава".
А в каждой боеголовке "Булавы" православный крестик, освящённый патриархом...
аксакал
"Инициативный дурак хуже вредителя".
Ну, "с богом, Саврасушка, с богом"...
Классическая ошибка, которую совершают проектировщики абсолютно надежных систем, - недооценка изобретательности клинических идиотов.
Gott, strafe England...
Великая бойня - мировая война - также не обошлась без благословения священников. Полковые священники всех армий молились и служили обедни за победу тех, у кого стояли на содержании. Священник появлялся во время казни взбунтовавшихся солдат; священника можно было видеть и на казнях чешских легионеров.
Ничего не изменилось с той поры, как разбойник Войтех, прозванный "святым", истреблял прибалтийских славян с мечом в одной руке и с крестом - в другой.
Во всей Европе люди, будто скот, шли на бойню, куда их рядом с мясниками - императорами, королями, президентами и другими владыками и полководцами гнали священнослужители всех вероисповеданий, благословляя их и принуждая к ложной присяге: "На суше, в воздухе, на море…" и т. д.
Полевую обедню служили дважды: когда часть отправлялась на фронт и потом на передовой, накануне кровавой бойни, перед тем как вели на смерть.
Помню, однажды во время полевой обедни на позициях неприятельский аэроплан сбросил бомбу. Бомба угодила прямехонько в походный алтарь, и от нашего фельдкурата остались окровавленные клочья. Газеты писали о нем, как о мученике, а тем временем наши аэропланы старались таким же способом прославить неприятельских священников.
Мы зло над этим шутили. На кресте, под которым было погребено то, что осталось от фельдкурата, на следующее утро появилась такая эпитафия:
Что нас постичь могло, с тобой, увы, случилось:
Судил ты небо нам, но было суждено,
Чтоб благодать небес тебе на плешь свалилась,
Оставив от тебя лишь мокрое пятно.
лично наблюдал на Лужском полигоне таджика Даврона Сафарова, который о укурке уверовал, что Всевышний правоверному поможет снаряд в цель положить, даже если правоверный из таблиц стрельбы нужные страницы на очке оприходовал - ни хрена Всевышний не вписался, так и легли две болванки по 122 мм на городской рынок Луги, благо 4 утра и людей не было