Ему действительно везло в своей пока короткой жизни. В школе не то, что звезд с неба не хватал, был откровенным троечником. Но и тройки получались только по великому везению, точнее по его необыкновенному умению приспосабливаться к требованиям учителей. Надо было быть тихим? Был. Нравилась учителю любознательность - засыпал его бестолковыми вопросами. Но больше всего повезло с физручкой. Записался в секцию, во всем помогал. Она и помогла поступить в пединститут на кафедру физкультуры.
Учеба в вузе шла по тому же принципу и привела по окончанию в сельскую школу. Здесь опять повезло, единственный непьющий мужчина через полгода стал директором. Было еще одно неоспоримое преимущество работы в деревне – отсрочка от армии. Когда вернулся в родной город, вера в счастливую звезду выросла. Друзья детства организовали кооператив, нужен был директор, на которого можно было сложить всю ответственность за возможные ошибки и нарушения. Недалекий и простоватый друг с опытом руководства школой пришелся кстати. Но потомок русского купца показал в новом деле такую волчью хватку, что вскоре все компаньоны попали на вторые роли или вообще вылетели из бизнеса. Пора уже добавить, что и фамилия новоявленного купца была соответствующая – Полушкин.
Россия переходила на новые экономические рельсы и то, что вчера каралось законом и классифицировалось как спекуляция, становилось основой формирования первых капиталов. Торговля водкой на стоянках такси принесла первые деньги. Потом было швейное производство. Дефицит на джинсы и другие модные вещи открыл многим возможность заработать. Но время производственных кооперативов было не долгим. Последние годы эпохи Горбачева. Гайдаровские реформы любое производство поставили на грань банкротства. Тут и проявились гены Полушкина. Купить за копейки, продать за рубли – формула не требует особого ума. Но вот умение договориться с нужными людьми, авантюризм, отсутствие принципов плюс бульдожья хватка были нужны.
Первая сделка на миллион была проста и гениальна. Швейному объединению области позарез требовались застежки-молнии. Тотальный дефицит требовал замены формулы «деньги – товар – деньги». Поездка на фабрику застежек родила такую схему. Фабрика отпускала «молнии» кооперативу Полушкина по цене 15 копеек в обмен на шесть автомобилей «Жигули» по госцене, швейное объединение покупало застежки по цене 3 рубля. Надо было только получить предоплату за «молнии», купить на эти деньги легковые автомобили на бирже «Алиса» по коммерческой цене, поставить их на фабрику и получить в обмен застежки. Вся операция принесла первый миллион рублей.
В кооперативе образовались остатки джинсов и других швейных изделий, так пара мешков тряпья. Но родилась очередная «гениальная» идея превратить их в миллионы. Появилась фирма «Запад», подавшая во всех центральных газетах объявление о поставке импортных джинсов, зарубежной бытовой техники и автомобилей почтой. Полушкин не собирался заниматься поставкой товаров, он продавал каталог товаров. Брошюрка на трех страницах с перечислением остатков швейного кооператива, микроволновки и личного «жигуленка» Полушкина стоила сто рублей. Высылалась желающим приобрести товары почтой наложенным платежем. Простаков по стране оказалось много. Фирма «Запад» несколько месяцев рассылала каталоги товаров, существовавших в одном экземпляре. Потом были операции с соками, пивом, цистернами вина, водки, строительством ларьков.
О жадности Полушкина слагались легенды. Однажды к ним в офис зашел бизнесмен, открывший фирму по доставке жриц любви по телефонным заявкам. Он стал жаловаться, что нет у него штата мужчин, а заявок от женщин много. Услышав, сколько бизнесмен готов платить за подобные услуги, Полушкин тут же заявил о готовности трудиться по ночам за «такие-то деньжищи».
Основной капитал потомок вологодского купца сделал на металлах. Открыв десятки приемных пунктов, он принимал от пьющего населения любые изделия под видом цветного лома, расплачиваясь за них спиртом. И здесь проявилась купеческая жилка в полной мере. Конкуренты исчезали или добровольно или посредством силы. На съемной квартире Полушкин сам по вечерам травил электронные платы кислотой ради золота, серебра и платины. Десятки килограммов драгоценных металлов лично вез в Кострому на продажу. Потом были сеть ломбардов, залы игровых автоматов.
Уверенность в собственной исключительности и своих возможностях росла вместе с состоянием. Баллотировался на пост городского главы, но тут подвела жадность - из экономии решил пользоваться только бесплатной рекламой. Занял в выборной гонке последнее место. Примкнул к партии самого горластого и по духу близкого лидера и, в конце концов, стал депутатом областного собрания. Вилла на Средиземноморье, красавица жена, трое детей, успешный легальный бизнес сделали Полушкина равным по статусу с прадедом, и он уже не мечтает найти его клад. Он его получил с генами и удачей. Абзац? Наверное, да… А ещё это бизнес по северодвински.