«Комсомолка» рассказала как «в разоренном Северодвинске появились автомобильные пробки»

Журналист «Комсомолки» пишет: «О 1990-х в Северодвинске вспоминают как о страшном времени. Представьте себе. В советские времена – закрытый город, мечта большинства трудящихся, почти коммунизм. Высокие зарплаты, отличное снабжение, отпуска под 2 месяца с возможностью проводить их на югах. «Наши рабочие могли позволить себе в выходные в Ленинград слетать пива попить», - воспоминает детство Анастасия Никитинская, руководитель пресс-службы мэрии. И вдруг в одночасье в 1992 году предприятия снимают с государственного финансирования. «Детские годы запомнились безденежьем. Я помню, как мама плакала из-за того, что папа съел лишний кусок хлеба», - делится Анастасия.

От голода спасали «пашаевки» и «калистратовки» - карточки, названные по именам Давида Пашаева, тогдашнего директора «Севмаша» и Николая Калистратова, руководителя «Звездочки», второго по значению предприятия города. Рабочие элитных заводов стали промышлять варкой кладбищенских оград и изготовлением гробов. На митинги в городе с 200-тысячным населением выходило по 30 тыс. человек.

Одновременно на предприятия города зачастили «молодые реформаторы» с идеями акционирования и распродажи «неликвидов» сиречь станков и запасов.

- Я ..... одному такому и они ездить к нам перестали, - рассказывает Валерий Мостович, один из самых колоритных людей в Северодвинске, и лодки испытывавший, и банкиром побывший, и депутатом, и боксом серьезно занимавшийся. И я ему верю».

Рассказал журналист и об «эпохе Пашаева»: «Главный секрет того, что «Севмаш» выжил в «лихие девяностые», заключается в том, что у руля здесь остались очень правильные «красные директора». Имя покойного Давида Пашаева до сих пор произносят с благоговением. «В советские времена директоров «Севмаша» знали только в Северодвинске и в Москве, теперь их узнали во всем мире», - с гордостью рассказывают в музее завода. В двух словах: предприятие, ориентированное строго на производство одной конечной продукции – атомной подводной лодки, перестроилось и на непрофильные гос.заказы, и на рынок, включая экспорт. За эти годы здесь строились буксиры, баржи, рыборазводные заводы для Германии, Голландии, скандинавских стран, дизель-электрические подлодки для Китая. Морская ледостойкая стационарная платформа «Приразломная» - тоже «Севмаш». По заказу Индии, советский авианесущий крейсер «Адмирал Горшков» был преобразован в авианосец «Викрамадитья». Просто представьте себе, каких усилий стоило на верфи, предназначенной для строительства подводных кораблей, достроить сложнейшую конструкцию совсем другого типа – авианосец.

И одновременно почти без финансирования, на свой страх и риск, с использованием корпусов недостроенных лодок другого назначения Пашаев начал строить подводный ракетоносец четвертого поколения. «Юрий Долгорукий» был заложен в 1996 году и спущен на воду в 2008 году. В истории мирового судостроения это и рекорд долгостроя, и величайший подвиг одновременно».

И о сегодняшних реалиях города и завода: «Сегодня «Севмаш» загружен под завязку. Только 28 июля этого года, в День Военно-Морского Флота, здесь были заложены сразу три лодки: стратегический ракетоносец «Князь Олег» проекта «Борей», многоцелевой подводный крейсер «Красноярск» проекта «Ясень» и АПЛ «Хабаровск». Государственные испытания проходит «Владимир Мономах», строятся «Князь Владимир», «Казань», «Новосибирск». На будущий год запланирована закладка еще нескольких кораблей.

Вместе с «Севмашем» ожил и Северодвинск. В городе, вымиравшем в 1990-е, появились пробки, проблемы с парковками в начале рабочего дня у завода. В новостройках — торговые моллы и бутики. Но символом «нового просперити» для людей постарше до сих пор остаются горы угля, вздымающиеся за забором городской ТЭЦ. В 90-е их не было в приполярном городе».

Подробнее: http://m.kp.ru/daily/26275/3153300/

Фото Валентина КАПУСТИНА