По сути, это очень запоздалый отклик на американский закон «О свободе информации», принятый еще в середине 60-х. Этот американский закон в свое время задал стандарты предоставления гражданам информации о деятельности власти. Его следы можно найти в аналогичных законах большинства западных стран. Они устанавливают, что вся информация о деятельности власти является открытой, а исключения из права на доступ к информации должны быть сведены к минимуму и конкретизированы. Более того, отказ в предоставлении информации должен подвергаться проверке независимым от правительства органом.
Исполнение закона «О свободе информации» в США не раз производило ошеломляющий эффект. Так, в 1987 г. ассоциация американских ученых в суде добилась публикации сведений о бюджете ЦРУ. Суд признал это требование законным: граждане имеют право знать, на что расходуются их налоги.
Российский аналог «Закона о свободе информации» получился довольно куцым, хотя разрабатывался около десяти лет. Главная проблема в том, что контроль за предоставлением информации населению возложен на руководство самих органов власти. То есть каждый орган сам себя контролирует. За рубежом этот контроль осуществляет специально назначенный омбудсмен (уполномоченный). Его задача – разбираться с жалобами граждан, обратившихся в органы власти и получивших отказ в предоставлении нужной им информации.
Кроме того, в российском законе весьма туманно прописана ответственность за нарушение положений данного ФЗ. Однако при всей своей компромиссности российский закон «Об обеспечении доступа к информации» – все-таки существенный шаг вперед.
Во-первых, он содержит перечень информации, которую органы власти должны публиковать в сети Интернет (ст.13). Есть тут, например, такой пункт: «Информация о нормотворческой деятельности… органа местного самоуправления, в том числе…тексты проектов муниципальных правовых актов, внесенных в представительные органы муниципальных образований».
С проектами решений горсовета Северодвинска можно ознакомиться здесь . Как следует из пояснения, за неделю до очередного заседания депутатов, на сайте горсовета также должна появиться повестка дня заседания и доработанные депутатами проекты решений. Соответственно 20 октября предлагаю заглянуть на эту страничку и оценить, какие проекты могут стать предметом для обсуждения на «БК». Если даже к тому времени на «БК» еще не заработает система голосования, всегда можно обсудить на форуме.
Второй важный момент. Закон вводит понятие «запрос информации» (ст 18). Запрос – важнейшая форма информирования населения о работе власти. Потому что все другие формы (например, рассылка пресс-релизов, публикация статей в газете и т.д.) – это распространение информации по инициативе самих органов власти. Соответственно, обнародуется преимущественно та информация, которая выгодна власти. Запрос же предполагает инициативу гражданина. Житель города запрашивает те сведения, в которых он сам заинтересован. Согласно закону, гражданин, обратившийся с запросом, «вправе не обосновывать необходимость получения запрашиваемой информации…».
Приведу пример полезности этого инструмента. Вы хотите купить квартиру. Денег, как обычно, мало, хватает только на хрущевку в старом доме. В этой ситуации очень полезно было бы узнать план капремонта домов на ближайшие годы. Ведь сегодня вы можете купить квартиру в аварийном доме, а завтра дом отремонтируют за бюджетный счет и цена квартиры существенно вырастет. Запросить эту информацию вы имеете полное право, т.к. на капремонт расходуются в том числе и ваши деньги.
Другой пример. Новость прошедшей недели, оставшаяся практически незамеченной: Россия выделяет Кипру кредит в размере 2,5 млрд. евро на 4,5 года под 4,5% годовых . Я не питаю иллюзий о том, что эти деньги могли бы быть потрачены на что-то полезное внутри нашей страны. Но все-таки в чем смысл для России кредитовать Кипр, являющийся членом Евросоюза? Да еще под 4,5%, ведь у нас в стране инфляция в два раза выше этой процентной ставки. Ответ напрашивается один: на Кипре зарегистрировано слишком много компаний, владеющих крупнейшими игроками российского рынка: «Норильский Никель», «Евраз», «Северсталь», «Уралхим», «Камаз», «Тройка Диалог» - список можно продолжать очень долго. Для поддержания всего этого продвинутого «отечественного» бизнеса, очевидно, и выдается кредит. И если уж ни один контролирующий орган не задал вопрос о целесообразности этого кредита, почему бы миллиону-другому граждан не обратиться с запросом в минфин? Кто принимал решение и исходя из каких соображений?
Третий важный момент. Закон признает, что электронное сообщение от гражданина, направленное через интернет, – это такой же запрос, как и традиционное бумажное письмо (ст. 1, ст. 10 п. 1). То есть от вашего электронного письма нельзя отмахнуться как от спама. Его необходимо зарегистрировать и ответить в течение 30 дней (разумеется, если письмо не анонимное и содержание доступно для понимания).
Подведем итоги. Закон «О доступе к информации…» наглядно показывает, что мы имеем возможности, которыми пользуемся довольно редко. Запрос перестал быть привилегией депутатов и прокуроров. Каждый может запросить информацию в органах власти, как местных, так и федеральных, причем даже используя электронную почту, что существенно упрощает процесс.
Предвижу скептические замечания: «Написать-то можно, но кто и как будет на это отвечать? В лучшем случае придет отписка». Это правда. Ни один орган власти не кинется рассылать по запросу информацию, которая может выставить его в невыгодном свете. Но чем больше будет запросов и апелляций, тем выше будет качество ответов.
Информирование о работе власти – с помощью публикаций в СМИ и сети Интернет, через работу с запросами граждан – это база для участия населения в принятии решений по управлению городом, регионом, страной. Если у общества нет информации о том, какие решения разрабатываются, какие документы принимаются, о влиянии на власть в своих интересах не может быть и речи, поскольку влиять вслепую невозможно.
Антон Губницын
